Клеймо роскоши

Автор: Марина Серова

– А вот этот наборчик с цитринами можно купить, – робко перебила ее тетя Мила.

– Да, пожалуйста, – резко ответила продавщица, – пятьдесят тысяч.

– Ой, как дорого, – покачала головой тетя, – а скидок у вас тут нет?

– С какого это перепугу? – прошипела продавщица, теряя самообладание. – Тоже мне, золотые клиенты!

Тетя выгребла из кошелька все деньги и повернулась ко мне с просящим взглядом, полным трагизма и отчаяния:

– Жень, а у тебя сколько с собой денег?

Я открыла рот, чтоб ответить, но тут сквозь двери в магазин ворвались четыре вооруженных головореза в спортивной форме и масках. Растерявшегося охранника уложили ударом приклада и отобрали автомат. В нас с тетей нацелился дробовик.

– Не двигайтесь, сучки, и никто не пострадает! – Глаза говорившего в прорези маски горели бешенством. Пока он держал нас с охранником на мушке, другие кинулись бить витрины и выгребать безделушки. Наблюдая за их корявыми действиями, я улыбнулась, подумав: «Что за придурки?»

Мою улыбку заметила бледная тетя Мила. Это ее перепугало больше, чем нацеленный в голову дробовик.

– Женя, я тебя умоляю, только не делай ничего, – прошептала она дрожащим голосом.

– Я и не думала ни о чем плохом, – пожала я плечами. Затевать драку с четырьмя вооруженными мужиками на грани нервного срыва не имело смысла. Цель налетчиков – драгоценности. Они в масках, так что от наших свидетельских показаний вреда им не будет, а значит – нет причины убивать нас или причинять какой-либо вред, усугубляя свое положение. Самое правильное – дождаться, когда грабители уйдут с добычей, а затем тоже отправиться домой посмотреть по DVD какой-нибудь хороший фильм, уплетая в это время тетины эклеры с кофе.

– Заткнитесь, дуры! – рявкнул на нас налетчик.

– Простите, – жалобно пискнула тетя и еще выше задрала руки.

– Скажи им, чтоб легли на пол! – зычно бросил другой налетчик нашему сторожу, приставляя дуло «макарова» к голове продавщицы. – А ты, тварь, складывай в мешок всю наличность и открывай сейфы!

– На пол! – скомандовал нам первый.

– Ой, а пол грязный, – пожаловалась тетя.

– Давай без гнилых базаров, старуха! – рявкнул на нее налетчик.

Реакция тети была столь стремительной, что даже я удивилась. Ее сумочка описала в воздухе дугу и врезалась в лицо бандита.

– Ой, извините, – вырвалось у нее секундой позже, когда она поняла, какую глупость сделала. Мне не оставалось ничего другого – только действовать, потому что оскорбленный бандит наставил свой двенадцатый калибр на мою дорогую тетю – последнего близкого мне человека на этой земле. Отца я не считала, так как он после смерти мамы совершил форменное предательство, скоропалительно женившись на мерзкой соседке.

Действовала я молниеносно. За мгновение, пока напрягался на спусковом крючке палец бандита, я толкнула тетю на пол, шагнула вперед, перехватила дробовик, ударила ребром ладони противника по локтевому сгибу, одновременно поворачивая дробовик дулом кверху. Грянул выстрел, однако заряд ушел в подвесной потолок. Затем цевье дробовика под моим нажимом врезалось в висок мужчины. Подсечка и завершающий тычок в сонную артерию. Перепрыгнув через упавшего бандита, я обрушила приклад на голову второго и тут же ударом ноги в солнечное сплетение ударила третьего. Прикрылась его падающим телом от четвертого, которого достать уже не хватало времени. С перепугу бандит успел всадить три пули в своего же коллегу, которого я удерживала за горло. Левой рукой я задрала штанину на лодыжке поверженного бандита, выхватила из укрепленных там ножен короткий штык и метнула в стрелявшего. Лезвие вошло ему точно между ребер, не задев сердца и крупных артерий. Трупы мне были ни к чему. Захрипев, стрелявший выронил пистолет, упал на колени, а потом завалился на бок. Отбросив от себя живой щит, я перекатилась к бандиту, которого отшвырнула к стене ударом ноги. Он как раз передергивал затвор автомата. Наставленный на него пистолет заставил бандита замереть без движения.

– И не пытайся, дебил, – произнесла я ледяным тоном, – у меня в руке специальный «ГШ-18», пули прошивают любые бронежилеты, салоны автомобилей. Начальная скорость пули 450 метров в секунду. Подумай, нужны ли тебе лишние сквозные отверстия в черепе?

Прочитав в моих глазах приговор, бандит выпустил из рук автомат.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила я его и вырубила ударом ноги сбоку.

Продавщица, точно статуя, застыла за прилавком с открытым ртом. Ее выпученные глаза бессмысленно хлопали, а разум, судя по всему, отказывался воспринимать происходящее.

– Милицию вызвали? – спросила я продавщицу, поднимаясь с пола с пистолетом в руках.

Женщина не ответила. Без звука она рухнула под прилавок.

– Великолепно, – буркнула я и засунула пистолет в кобуру под пиджаком. Тетя Мила тоже встала с пола, с болезненной гримасой потирая плечо:

– Женя, ты меня прям как зверь толкнула. Теперь синяк во всю руку будет.

– Ну, синяк не трупные пятна, пройдет, – философски заметила я, осматриваясь. – Ты зачем вообще на бандита напала? С тобой, оказывается, и на люди-то выйти опасно.

– Ой, Женя, я не специально, само как-то, – виновато потупила глаза тетя Мила. – Ты слышала, как он меня назвал? Вообще уже! Ладно, мне бы было шестьдесят или семьдесят. Так какая же я старуха? – Она с надеждой посмотрела на меня. – Жень, что я, в самом деле так плохо выгляжу? Я, наверное, вчера не выспалась, да и освещение тут плохое.

– Нет, ты вовсе не старуха. Не переживай, – заверила я ее, собирая разбросанное по полу оружие. Бандит, которого расстрелял сообщник, пытавшийся достать меня, застонал и пошевелился. Я перевернула его на спину, расстегнула пробитый пулями спортивный костюм. Под ним оказался бронежилет. Пули завязли в нем, но болевой шок от попаданий с близкого расстояния все равно был достаточным, чтобы здоровый мужик потерял сознание. Проверив остальных, я убедилась, что все живы. Охранник ювелирного магазина, красный от стыда, попросил у меня свой автомат. Он отделался парой синяков и кровоподтеком на скуле.

– На, держи и в следующий раз поменьше засматривайся на покупательницу, – сказала я.

– Жень, а что мы теперь делать будем? – спросила тетя Мила, с опаской посматривая на распростертых у ее ног бандитов.

– Дождемся милиции, – вздохнула я, кивнув на камеру наблюдения, – покидать в данный момент место преступления нельзя. У правоохранительных органов это вызовет массу ненужных вопросов.

Милицейский «уазик», набитый вооруженными людьми из вневедомственной охраны, подъехал, как только я закончила фразу. Когда они ворвались внутрь, мы пережили несколько неприятных минут, вновь находясь под прицелом стволов калибра семь шестьдесят два. Пришедшая в себя продавщица, увидев ораву в камуфляже, заверещала и спряталась обратно под прилавок. Потом один из АВО узнал охранника, опустил оружие и поинтересовался, что произошло. Остальные вслед за ним также опустили автоматы, заметив отсутствие боеспособного противника. Тут же подъехал наряд милиции, а следом опера, знавшие меня по прошлым делам. В мой адрес посыпались необоснованные придирки – дескать, лезешь, Охотникова, не в свое дело, людей опасности подвергаешь.

– Лицензию на ношение оружия будете проверять? – холодно осведомилась я, окинув взглядом их кислые физиономии.

– Да мы ее скоро до дыр затрем, – махнул рукой старший из оперов.

В это время врачи «Скорой» оказывали первую помощь бандиту со штыком в груди, а медсестра, прибывшая с экипажем, отпаивала успокоительным продавщицу. С меня опера переключились на охранника, требуя ответа, где пишется информация с камер видеонаблюдения. Тот только разводил руками:

– Все вопросы к хозяину. Информация уходит через антенну на видеосервак, а где он сам – хрен его знает. Там в задней комнате есть подключенный к Сети компьютер, но у меня нет доступа к записям. Только текущий момент и программа тестирования всей системы.

Сотовый продавщицы зазвонил, как совдеповский телефонный аппарат. Женщина вскрикнула от неожиданности, но, поняв, что это ее собственный телефон, взяла его и ответила дрожащим голосом:

– Да, я вас слушаю.

Затем последовала серия коротких ответов типа «да», «нет» и «не знаю». Лицо у нее было очень сосредоточенное и серьезное. В конце она протянула сотовый мне, пояснив:

– Это вас.

– Меня? – улыбнулась я, косясь на камеру в углу. – Не иначе как владелец.

Брови продавщицы полезли на лоб, но я не стала вступать с ней в дальнейшие дебаты, просто взяла телефон и ответила:

– Здравствуйте. Чем вас заинтересовала моя скромная персона?

– Здравствуйте, Евгения Максимовна, – ответил мягкий тенор из трубки, – меня зовут Викентий. Павлов Викентий Иванович. Я – владелец этого магазина и хочу предложить вам работу.

– Не гоните лошадей, – попросила я смиренно. – Вы что, уже успели прогнать мое фото через базы данных и собрать информацию или у нас имеются общие знакомые?

– Нет, я увидел вас впервые сегодня, – спокойно ответил хозяин магазина. – Ваше изображение с камеры я, как вы говорите, «прогнал» через базы данных силовых структур и выяснил, кто вы такая. Конечно, не все. Добывать информацию было чрезвычайно трудно, но того, что удалось, а также ваше представление во время налета показали достаточно ясно – лучшего, чем вы, мне телохранителя не сыскать.

– Вы знаете, мои услуги стоят недешево, – честно предупредила я. – Кроме того, от клиента, то есть от вас, требуется полная откровенность. Не люблю работать вслепую.

– Деньги для меня не имеют значения, – спокойно пояснил Павлов.

– Отрадно подобное слышать, – усмехнулась я, мысленно подняв плату за услуги до двух с половиной тысяч в день. – И еще одно – дело должно быть серьезным. Туманные подозрения и необоснованные страхи не в счет.

– Дело серьезнее некуда, – заверил Павлов. – Я не могу распространяться по этому поводу в телефонном разговоре. Приезжайте, и на месте все обсудим.

– Стоп, чуть не забыла, – спохватилась я. – В криминальных разборках я не участвую, конкурентов не устраняю. Я не наемный убийца, а телохранитель.

– Я нанимаю вас для себя, чтоб вы берегли мою жизнь от разных нехороших людей, и ничего более, – ответил собеседник терпеливо.

– Тогда диктуйте адрес и телефон для связи, – сказала я, открывая электронную записную книжку. В принципе, мне не составляло труда запомнить его координаты, но к чему загружать мозг лишней информацией? Я же не в тылу врага.

– Давайте я лучше пришлю за вами машину, – предложил Павлов. – Прямо сейчас. Шофер заберет вас от магазина и доставит ко мне. Сами, боюсь, вы дорогу не найдете. Я живу в таком захолустье, что у меня даже адреса нет как такового.

– О, не волнуйтесь, у меня нет проблем с ориентацией на местности, – ответила я, не воодушевленная таким началом сотрудничества. Клиент шифровался, словно был глубоко законспирированным агентом КГБ. Это могла быть ловушка. Поэтому я продолжала гнуть свое: – Скажите примерный район, опишите дом, и я найду.

Однако Павлов упирался не хуже осла:

– Я не доверяю телефонной связи, и мне не хотелось бы, чтоб вы плутали черт знает где. Давайте я вышлю за вами машину.

– А я сегодня вообще не могу с вами встретиться, – соврала я, – скажите мне свой телефон, и я перезвоню вам завтра.

– Давайте я сейчас сброшу вам номер эсэмэской, и как только появится свободное время – звоните.

Сказав это, Павлов попрощался, а через несколько секунд на телефон продавщицы пришло сообщение с интересовавшим меня номером.

– Ты собираешься ввязаться в какое-нибудь темное дело? – прищурившись, спросила тетя.

– Ничего подобного, просто охрана, не волнуйся, – успокоила я ее.

К нам подошла продавщица и протянула празднично оформленную коробочку, перетянутую алым бантом.

– Это подарок от хозяина, – ответила она на наши вопросительные взгляды.

Не успела я заикнуться, как тетя выхватила коробочку, разорвала обертку и открыла. Внутри лежал тот самый набор с цитринами.

– Ой, Женя, какая прелесть! Такой дорогой подарок. Мне даже как-то неудобно его принять.

– Хорошо, я передам, что вы отказались, – равнодушно пожала плечами продавщица, протянув руку за коробочкой.

– Э нет, нельзя же человека обижать! – воскликнула тетя Мила, отстраняясь. – Он же от чистого сердца подарил.

– Точно, – поддакнула я, – бери эту ерунду и пошли отсюда.




Глава 2