Условия диктуем мы

Автор: Сергей Зверев

Условия диктуем мы
Сергей Иванович Зверев


Контрактник
Разведгруппа спецназа ВДВ, в которую входит и снайпер-контрактник Владимир Локис, получает задание срочно ликвидировать центр подготовки террористов-смертников. Он находится в дагестанском селении Тиндидаг, расположенном почти на границе с Грузией. Спецы быстро справляются с поставленной задачей, но внезапно им становится известно, что главная база шахидов находится по соседству, на грузинской стороне. Более того, там уже готовится чудовищный теракт против России. С одной стороны, переходить границу нельзя, с другой – на карту поставлено слишком многое. И десантуре в очередной раз приходится брать инициативу в свои руки...





Сергей Зверев

Условия диктуем мы





Глава 1


Анна Тимофеевна Локис хлопотала на кухне, готовя обед. Сын Володя с утра уехал по каким-то служебным делам в Москву, но обещал, что часам к пяти обязательно вернется. Часы показывали половину четвертого, поэтому следовало немного поторопиться. По телевизору, который стоял на специальной подставке в углу, шел повтор какого-то сериала. Анна Тимофеевна не столько смотрела на экран, сколько вполуха прислушивалась к тому, что там происходит. Внезапно сериальные страсти прекратились, и Анна Тимофеевна, машинально обернувшись, взглянула на телевизор, где вместо героев сериала появилась пестрая заставка. Не успела она удивиться, как экран снова ожил, показывая крупным планом лицо диктора.

– Экстренное сообщение, – предельно сосредоточенно и сурово говорил он. – Как нам только что сообщили в пресс-службе столичного ГУВД, на двух станциях Московского метрополитена, «Парк культуры» и «Лубянка», совершены теракты. Два взрыва прогремели с интервалом всего в несколько минут. По предварительным данным, погибло около сорока человек. Еще сто пятьдесят получили ранения различной степени тяжести. Представители правоохранительных органов заявляют, что к обоим терактам причастны женщины-смертницы. Их личности сейчас устанавливаются в основном по собранным останкам и записям с камер слежения метрополитена…

На экране мелькали страшные кадры происшествия, диктор еще что-то говорил, но Анна Тимофеевна его уже не слышала. Пожилая женщина почувствовала, как у нее часто-часто забилось сердце, ноги сами собой подогнулись, и она грузно осела на пол. Первая мысль была о сыне. Почему-то Анна Тимофеевна была уверена, что ее Володя находился среди тех, кто стоял на платформе метрополитена во время взрывов. Ей потребовалось минут десять-пятнадцать, чтобы хоть немного прийти в себя и найти свой сотовый телефон. Сын купил его, когда Анна Тимофеевна однажды посетовала на то, что не всегда может позвонить ему.

– Раньше-то телефонные автоматы на каждом углу стояли, – с ностальгическими нотками в голосе сказала она, – а теперь ни одного не вижу. Даже «Скорую» не вызовешь…

Володя снисходительно посмотрел тогда на мать и заявил: – Совсем ты у меня от жизни отстала. Автоматами давно уже никто не пользуется, у всех мобильники есть. Даже у детей.

На следующий день он принес простенький мобильник и объяснил, как им пользоваться. Но Анна Тимофеевна редко звонила по сотовому: то ли в силу привычки, то ли потому, что просто некому было особо звонить…

Трясущимися пальцами женщина набрала номер сына и затаив дыхание поднесла трубку к уху. После первого гудка механический голос проговорил:

– Абонент выключен или находится вне зоны действия сети…

Она медленно опустила руку. Мысль о том, что с сыном случилось что-то страшное, только усилилась.

– Володя, сынок… – беззвучно выдохнула Анна Тимофеевна и, внезапно вскочив, принялась суетливо собираться, хотя куда надо бежать или ехать, она не знала и объяснить не могла.

Женщина понимала, что поступает по меньшей мере неразумно. Даже если она сейчас ринется в Москву, благо до нее всего двадцать километров, и отыщет те станции, на которых произошли взрывы, ей все равно не удастся ничего выведать. Во-первых, потому что это произошло всего несколько часов назад, и вряд ли кто-то что-то может знать. А во-вторых, представители правоохранительных органов будут привычно ссылаться на тайну следствия. Все это Анна Тимофеевна понимала разумом, но ничего не могла с собой поделать и продолжала суетливо метаться по комнате, не зная, что ей надеть.

От бессмысленного занятия ее оторвал дверной звонок, и она застыла с какой-то вещью в руках, с ужасом глядя на входную дверь. Ей казалось, что там, на площадке, стоит беда. Звонок повторился. Осторожно ступая, будто она шла не по полу, а по тонкому льду, Анна Тимофеевна приблизилась к двери и с опаской заглянула в глазок. Перед дверью нервно топталась соседка Мария Яковлевна.

С ней они когда-то вместе работали в одном цеху на механическом заводе. Впрочем, «работали вместе» – слишком громко сказано. Марию Яковлевну, в силу ее слишком уж активного и непоседливого характера, всегда выдвигали на общественную работу. Так что в цеху, в котором официально числилась, она появлялась крайне редко.

Увидев старую активистку, Анна Тимофеевна облегченно перевела дух. Соседка не могла принести страшную весть о Володе хотя бы потому, что в Москву сегодня точно не ездила. Щелкнув задвижкой, Анна Тимофеевна открыла дверь.

– Ты слышала, Тимофеевна, что творится?! – прямо с порога, не поздоровавшись, зачастила Мария Яковлевна. – Это же уму человеческому непостижимо! Совсем террористы обнаглели! И куда только милиция смотрит?

– Слышала уже, Яковлевна, – рассеянно проговорила Анна Тимофеевна. – Прямо страсти какие-то… Как жить дальше?

– И не говори. – Мария Яковлевна по-хозяйски прошла в комнату и села в кресло. – На улицу выйти – страшно, на самолетах летать – страшно, на электричке ездить – страшно… Так теперь и в метро не проехать! Одни бандиты вокруг, того и гляди либо взорвут, либо убьют. Я вот в толк не возьму, чего наше правительство с этими террористами нянькается?

– Да сейчас вроде бы построже стали с ними, – осторожно заметила Анна Тимофеевна. – И ловят их, и судят…

– Именно что судят, – ворчливо перебила ее соседка. – Они вон без всяких судов – хлоп бомбу в переход, и все дела. А мы с ними сюсюкаемся, как с дитями малыми, оттого и порядка в стране нет…

Анна Тимофеевна слушала невнимательно, лихорадочно соображая, как бы поделикатней намекнуть незваной гостье, что та зашла не совсем вовремя. А Мария Яковлевна продолжала разглагольствовать, как в былые времена на собрании в месткоме, когда требовалось разобрать и пристыдить нерадивого работника:

– Строже с ними надо, а не сопли по щекам размазывать. Как при Сталине было? Чуть не так, и пожалуйте в Сибирь, всей семьей, в двадцать четыре часа, без всяких разговоров! Целые народы выселял, а не то что каких-то там террористов-бомбистов!

– Ну, ты, Яковлевна, вспомнила тоже! – отмахнулась Анна Тимофеевна. – Тогда ведь тоже порядка не было. И правых, и неправых сажали…

– А так и надо, – жестко припечатала соседка. – Тогда и порядок будет. Ты, Тимофевна, коли в этих делах не смыслишь, так и не говори ничего. Вот у тебя сын-то военный, давай-ка у него и спросим, как с этими бандитами надо поступать. Где Володька-то? Позови-ка его…

Анна Тимофеевна вздрогнула, как от удара палкой, и втянула голову в плечи.

– В Москву поехал… – тихо ответила она. – А тут такое стряслось. Я теперь волнуюсь, не случилось ли с ним чего…

– Так возьми да позвони ему, – быстро нашлась соседка. – У него же этот, как его, мобильник-то есть?

– Не отвечает он. Я звоню, а там говорят, что абонент недоступен. Временно…

Мария Яковлевна на мгновение задумалась. Годы работы на различных общественных должностях утвердили ее в мысли, что помощь людям, в основном советами и наставлениями, – ее призвание. Внимательно посмотрев на Анну Тимофеевну, она, по-видимому, поняла, что та куда-то собиралась уходить.

– Ты, Тимофеевна, никак в Москву собралась? – не столько спросила, сколько констатировала она после непродолжительной паузы. – Так это напрасно…

Анна Тимофеевна тяжело вздохнула и присела на краешек дивана.

– Я и сама понимаю, что напрасно. Да только просто так сложа руки сидеть совсем тошно… Хоть бы он сам догадался позвонить.

– Ну, мало ли почему не звонит, может, нет возможности, – резонно возразила Мария Яковлевна. – И потом, ты же сама говоришь, что он недоступен временно. Ты бы, чем накручивать себя, лучше возьми и позвони ему еще разок…

Анна Тимофеевна начала послушно нажимать на кнопки телефона. Но и на этот раз механический голос ответил, что абонент временно недоступен.

– Ну, ты шибко-то не переживай, Тимофеевна, – попробовала успокоить расстроенную соседку гостья. – Да и с чего ты взяла, что Володька твой на этой станции стоял? Он зачем в Москву-то поехал?

– Сказал, что по службе послали… – еле слышно прошептала Анна Тимофеевна.

– Вот видишь, – как будто даже обрадовалась Мария Яковлевна. – По службе. Значит, ему некогда по метро раскатывать. А телефон выключил, чтобы… – и она вдруг замолчала, не успев придумать, зачем Володе Локису понадобилось бы выключать свой мобильник.

Впрочем, Анна Тимофеевна и сама пыталась убедить себя, что с сыном ничего плохого не случилось. И хотя желание немедленно ехать в Москву осталось, она решила ему не поддаваться. Мария Яковлевна, поболтав еще немного о каких-то пустяках, пытаясь таким нехитрым образом отвлечь соседку от невеселых мыслей, ушла домой, а Анна Тимофеевна машинально принялась заниматься домашними делами, чутко прислушиваясь, не звонит ли телефон.

Володя приехал поздно вечером. Вид у него был усталый и мрачный. Односложно отвечая на вопросы матери, он быстро поел и закрылся в своей комнате.




Глава 2


– А я тебе говорю, что этот теракт им не простят! – Леха Демидов, с боевым псевдонимом Купец, глубоко затянулся сигаретой и выпустил дым вверх. – Слышал, что вчера наш Президент сказал по телику? Всех организаторов найдут и строго накажут.

– Ты еще про «мочилово в сортире» вспомни, – хмыкнул Локис. – Ну, найдут этих организаторов, ну, присудят им лет по двадцать срока. А толку-то от этого? Как всегда, по хвостам лупят, а до головы дотянуться – кишка тонка… Не тем надо заниматься…

Владимир Локис и Алексей Демидов, бойцы разведки спецназа ВДВ и закадычные друзья, сидели в курилке и обсуждали недавние взрывы в Москве. Происшествие в метрополитене интересовало их не столько по долгу службы, а скорее как обычных обывателей. Поиском и задержанием террористов военные не занимались. Но то, что произошло несколько дней назад в Москве, было настолько непривычным, что об этом не говорили только самые нелюбопытные. Впрочем, был у разведчиков и некий профессиональный интерес, поскольку террористические акты имели в определенных кругах и другое название – «диверсия». А это уже входило в круг обязанностей Локиса и его сослуживцев.

– Вова, – насмешливо прищурился Купец, – критиковать всегда просто. Ты говоришь, не тем занимаются. А чем, по-твоему, надо заниматься? У тебя есть конкретные предложения?

По званию Демидов был старше Локиса, к тому же являлся его непосредственным командиром. Однако в среде разведчиков это почти не имеет никого значения. В боевом рейде все равны, и все имеют одинаковое право голоса.

– Конкретные предложения? – переспросил Володя. – Скажем так, есть общая концепция. Наметки, так сказать…

– Ну-ну, выкладывай, а я послушаю, – подбодрил его Купец, отбрасывая окурок. – Глядишь, сообща что-нибудь дельное насочиняем, Туманову доложим, а он еще выше. Авось начальству-то наверху понравится, и выйдет нам с тобой награда…

– Смейся, смейся, – пробурчал Володя, делая вид, что обиделся. – Между прочим, моя задумка как раз по нашему профилю…

– О как! – хмыкнул Демидов. – Уже интересно. Может, перестанешь интриговать и доложишь командиру, что задумал?

– Да, собственно, и нечего докладывать, – пожал плечами Локис. – Просто, как я полагаю, наше ведомство не самое бестолковое и бесполезное среди спецслужб. Так что могли бы и привлечь. В конце концов, поиск и уничтожение различных объектов – это как раз наше, родное… А сколько таких батальонов вроде нашего по всей стране? Сформировали бы от каждого по нескольку групп, запустили бы по-тихому на Северный Кавказ, и через полгода там ни одного центра подготовки не останется. И, заметь, без шума, пыли и телекамер…

– Хорошая идейка, – одобрил Демидов, поднимаясь с лавки и нависая над Локисом всей своей огромной фигурой. – Только ты ее больше никому не рассказывай, ладно? А то, не приведи бог, дойдет до начальства, греха не оберешься.

– Это еще почему? – вскинулся Володя.

– А потому, друг мой Вова, что, во-первых, я не уверен, ведутся ли подобные операции от ФСБ или МВД, а во-вторых, наше славное подразделение не имеет права проводить какие-либо действия на территории своей страны без особого на то решения. И решение это должно быть принято на самом верху, и только в крайне исключительных случаях. Понял?

– Да я об этом и без тебя прекрасно знаю, – тоже поднялся Володя. – Только если ни ФСБ, ни МВД не справляются в полном объеме…

– Так, Володя, прекращай мечтать, – чуть повысив голос, прервал Локиса Демидов. – Сказано тебе, чтобы ты громко-громко об этой идее молчал – значит, молчи. Непонятно?

Володя недоуменно посмотрел на разом посуровевшего друга, на его закаменевшее злое лицо, но ничего не ответил и вышел из курилки.

Раздражение Демидова было Володе в какой-то степени даже неприятно. Идея о заброске разведгрупп на Северный Кавказ с целью поиска и уничтожения центров подготовки боевиков-смертников родилась у него спонтанно. Рассказывать, а уж тем более докладывать о ней он никому не собирался, прекрасно понимая, что для разработки и реализации подобных операций существует специальный отдел или даже управление. Тем непонятнее была для Володи внезапная озлобленность Демидова.

Служебный день Локиса прошел как обычно. Занятия по рукопашному бою, потом спецподготовка для снайперов, теоретические занятия по тактике и технике взрывного дела и так далее. О короткой стычке с Демидовым Локис не вспоминал, да и не считал этот разговор стычкой. Так, поспорили и разошлись, обычное дело.

У выхода с КПП части Володю догнал Купец.

– Ты домой, Вовка? – деловито спросил он, беря Локиса за локоть.

– А куда же еще? – удивленно вскинул брови тот.

– Давай пешком пройдемся немного, – предложил Алексей, увлекая Володю в противоположную от остановки сторону. – Поговорить надо…

– О чем? – Локис не сопротивлялся, но лицо его выражало недоумение.